> - Знаю что такое нюанс, Василий Иваныч, больше не надо !
— А вот это, Петька, уже называется «эмпирический опыт».

> "Простите, а вы точно паладин клятвы искупления?"
Ведер дал им второй шанс. Его перебили.
Третий и прочие шансы — не гарантируются и остаются на усмотрение паладина.

Коллега, у вас «Конец главы» отвалился.

> Да уж, Клара явно понимает, с какими людьми она столкнулась, раз где-то откопала такую книжку :)
Ведер одолжил (см. выпуски 24 и 100). Закладки в книжке — тоже его.

> Присел на пути сезонной миграции северных оленей.
«Кидай „Восприятие“, сколько? Два? Ничего-ничего, продолжай говорить».

> Обычно для этого достаточно поспать часиков 8, но тут видимо мастер подался в реализм.
Во-первых, есть опциональное правило по повреждению конечностей. Во-вторых, есть заклинание 7 круга «Регенерация», позволяющее восстанавливать утраченные части тела (собственно, Ведер на него и намекал, когда говорил про «поищем жреца, который сумеет приладить руку обратно...» в 137 выпуске).

> До этого в одном из выпусков говорилось, что доспехи мешают колдовать.
По правилам 5 редакции (да и прочих) персонаж не может творить заклинания, если на нём надеты доспехи, навыком ношения которых которых он не владеет. У Торвальда есть владение всеми тремя видами доспехов (сюжетно потому, что он из Каприза Гримдаля, игромеханически — лёгкие и средние расовые, тяжёлые за черту «Мастер тяжёлых доспехов [Heavy armor master]», взятую на 7 уровне).

> В ДнД любой церковный боевик - паладин.
Не любой. Клерик по умолчанию получает владение средними доспехами и щитами, а половина доменов добавляет к этому тяжёлые доспехи и воинское оружие. Ну и шутки про то, что ячейки заклинаний у клерика могут закончиться, а булава нет, появились не на пустом месте.

> А стена текста про праздник есть в целом виде?
К сожалению, (пока) нет.
Поэтому переведено только то, что видно в пузыре текста, и приведено к такому виду, чтобы воспринималось цельно, как фрагменты одного спича.

> Ведер стал немного более раздражительным, вам так не кажется?
Это называется «я тебя спросил, который час, а ты мне рассказываешь, как собирают часовые механизмы».