Атр шагнул в огромную коническую чашу мрака. Посредине этой чаши, в центре огромного, диаметром не меньше мили, отверстия поднимался мощный столб воды – широкий, как река, и устремлялся в темноту, пока не исчезал из виду высоко над головой.
   Атр застыл, пораженный.
   Стайки крупных насекомых, напоминающих светляков, кружились в воздухе, отливая золотом и рубином. Двигались они скорее как рыбки, чем насекомые. Атр сделал движение, желая поймать одного из светляков, и был потрясен, увидев, как он пролетел прямо сквозь его ногу, неожиданно возникнув позади. Другие существа не менее причудливого: вид а – с длинными искрящимися перьями и хохолками, пестрыми грудками и хвостами в виде золотых цепочек – порхали и кружились, меняя форму и цвета, пребывая в непрестанном движении и преобразовании.
   – Правда, это похоже на сон? – спросила Кэтрин, появляясь из пустоты рядом с Атром.

– Я – его прислужница. Одна из членов Гильдии…
   Атр смотрел на нее, понимая, что Кэтрин чего-то недоговаривает, но боялся спросить. Помолчав, она добавила:
   – Я должна выйти за него замуж.
   – Замуж?
   Она кивнула и отвернулась. Атр тяжело опустился на землю. Он стиснул пальцы, сдавливая тонкий голубой бутон.
   В его глазах была пустота, голова поникла.
   – Он приказал мне, – продолжала Кэтрин, подходя ближе. – Ген сказал, что свадьба состоится через тридцать дней. Что он устроит пышную церемонию на Ривене… в Пятой Эпохе.
   Атр с болью смотрел на нее.
   Вдруг Кэтрин вскинула голову.
   – Но лучше умереть, чем выйти за него замуж.

  – Я написала эту Эпоху для нас… чтобы мы могли уйти туда. Я назвала ее Мист.
   – Но она совсем не похожа на твою прежнюю Эпоху.
   – Она тебе не нравится?
   – Не в том дело… То же самое сделал бы и я, будь у меня время. Ты… – Он рассмеялся и взял ее за руку. – По-моему, ты просто чудо.
   – Я всего лишь учусь.
  – Я написала эту Эпоху для нас… чтобы мы могли уйти туда. Я назвала ее Мист.
   – Но она совсем не похожа на твою прежнюю Эпоху.
   – Она тебе не нравится?
   – Не в том дело… То же самое сделал бы и я, будь у меня время. Ты… – Он рассмеялся и взял ее за руку. – По-моему, ты просто чудо.
   – Я всего лишь учусь.

Он смутился, затем привлек Кэтрин к себе и прикоснулся к ее губам: осторожным поцелуем – их первым настоящим поцелуем.

   Очнувшись, Атр обнаружил, что он стоит во дворе у храма. Его руки были крепко связаны за спиной, а веревки на шее, поясе и щиколотках притягивали его к толстому столбу, врытому в землю. Кровь стучала у него в висках, и когда он попытался открыть глаза, боль немилосердно усилилась.
   Он медленно разомкнул веки, привыкая к сумеречному свету, а затем, повернув голову, насколько позволяли веревки, огляделся.
   Поблизости, на столе – так близко, что, не будь он связан, Атр дотянулся бы до них, – лежали две Книги Уз.
   Он застонал, а затем почувствовал прикосновение к плечу и чье-то горячее дыхание на щеке.
   – Значит, ты-вернулся к нам, Атр, – спокойно проговорил Ген.