Когда отец ушел, Атр еще долго не двигался с места, ошеломленно глядя на захлопнувшуюся дверь.
   Повернувшись, он окинул взглядом огромную комнату с высоким потолком, посередине которой стоял стол. На нем лежала Книга Пятой Эпохи.
   «Это ловушка, – понял Атр. – Еще одна дверь, через которую, как он надеется, я попытаюсь ускользнуть. И тогда…»
  Когда отец ушел, Атр еще долго не двигался с места, ошеломленно глядя на захлопнувшуюся дверь.
   Повернувшись, он окинул взглядом огромную комнату с высоким потолком, посередине которой стоял стол. На нем лежала Книга Пятой Эпохи.
   «Это ловушка, – понял Атр. – Еще одна дверь, через которую, как он надеется, я попытаюсь ускользнуть. И тогда…»

  Атр открыл Книгу на странице с рамкой.
   Издалека этот мир казался простым и спокойным – остров, покрытый густыми лесами.
   Все это так, но в чем тут подвох?
   Ибо здесь не может не быть подвоха. Теперь Атр точно знал это. Самое важное, что он успел понять – Ген никогда в жизни и пальцем не пошевелит, если дело не сулит выгоды ему самому.
  Атр открыл Книгу на странице с рамкой.
   Издалека этот мир казался простым и спокойным – остров, покрытый густыми лесами.
   Все это так, но в чем тут подвох?
   Ибо здесь не может не быть подвоха. Теперь Атр точно знал это. Самое важное, что он успел понять – Ген никогда в жизни и пальцем не пошевелит, если дело не сулит выгоды ему самому.

В ее позе чувствовалось странное напряжение, голова была слегка наклонена вперед, ладонь она приложила к губам.
   Неожиданно она встала и повернулась, вновь устремив на него взгляд зеленых глаз.
   – Как тебя зовут?
   – Атр. А тебя?
   – Катран. Он кивнул.
   – Кэтрин. Значит…
   – Катран – перебила она, отчетливо сделав ударение на последний слог. – Ты мне снился.

 – Ну что? – спросил Ген, усаживаясь перед девушкой. – Не случалось ли здесь… чего-нибудь необычного?
   Катран подняла глаза от тетради и с невинным выражением лица ответила:
   – Ровным счетом ничего.
   – Отлично, – кивнул он, посасывая трубку. – Итак, начнем с того места, где мы остановились.

 Неужели свет клином сошелся на Атре? Разве никто другой не сможет занять его место? Разумеется, не такой талантливый, но более послушный, чем сын?
   Ему сразу же пришли в голову мысли о Катран.
   Ген улыбнулся и повернулся к ней, отложив трубку.
   – Мне надо кое-что сказать тебе, Катран, – это очень важно.